Поиск: 

Наша пища и опасна, и вредна!


 

Доисторический человек большую часть жизни проводил в заботе о хлебе (или мамонте) насущном. Еда для него была и средством для жизни, и великим удовольствием, и даже лекарством: съел осетринку не первой свежести, поплохело, заел травкой -- и снова охотится на мамонта.

В дошедших до нас памятниках древнеиндийской, китайской и тибетской медицины -- Аюрведа, Чжуд-ши, Вайдурья-онбо -- основным средством борьбы с телесными недугами была обыкновенная еда, но только тщательно подобранная согласно времени года и конституции человека. Древние медики считали, что 999 из тысячи болезней можно вылечить правильным питанием. Судя по тому, что в Индии с Китаем сегодня живет жуткая прорва народу, а их гастрономическая медицина насчитывает уже больше пяти тысяч лет, кое-что в продуктах эти народы смыслят. Однако следовать наставлениям древних с каждым годом становится все труднее и труднее. Хотя бы потому, что человечество плодится год от года, а мамонтов, кстати, всегда не хватало на всех. Вывод один -- не ждать милости от природы и выращивать себе пропитание всеми доступными средствами. Этим и занимается современное сельское хозяйство в развитых странах. Только "доступные средства" год от года усложняются, в них все чаще пестрят непонятные рядовому потребителю химические формулы и коды, производство коров, свиней и прочих пищевых продуктов становится все более специализированным... А люди все чаще болеют и приносят прибыли фармацевтическим компаниям.

Изнанка бифштекса
Пасторальная картинка -- тучные коровки пасутся среди пышных альпийских лугов, а потом дают жирное молоко, из которого дородный и улыбчивый фермер ваяет желтый ноздреватый сыр. Это все в прошлом или в рекламном ролике. Какие луга, скажите на милость, способны прокормить огромное ненасытное стадо животных численностью в двадцать миллионов голов, рогов и клювов? Именно столько живности выращивают, например, в животноводческих комплексах германских округов Вехта и Клопенбурга, где людей проживает всего двести шестьдесят тысяч. Животные, которых мы потом поедаем (а импортное мясо для россиян не в новинку), -- сегодня всего лишь винтики в безжалостной системе насыщения рынка продовольствием. А на винтиках принято экономить. Поэтому вместо свежайшего сена, отборного зерна и прочих приятных вещей они поедают нечто, называемое готовыми кормами.
Вряд ли какой крестьянин знает, что включает в себя этот так называемый готовый корм. По идее -- белковые, витаминные и минеральные добавки, а на самом деле? Один завод приготавливает "белки", второй -- "жиры", третий поставляет из-за океана "полезную клетчатку", четвертый все это смешивает, а в итоге миллионы людей травятся диоксином.
Помните диоксиновый скандал в благополучной Бельгии, которая честно пыталась накормить всех своими высококачественными продуктами? Он достаточно ясно показал, что с едой не шутят. Бельгийская экономика, которая в основном базируется на сельскохозяйственном производстве и экспорте продуктов питания, понесла такие убытки, что наш незабываемый кризис по сравнению с этим просто цветочки. Семьсот с лишним миллионов долларов чистых убытков -- это только предварительная цифра. Особенно серьезный ущерб нанесен семейным фермерским хозяйствам, которым пришлось в обязательном порядке вырезать свой скот -- кур, свиней, коров. А началось все с каких-то 8 литров масла для жарки, поступивших из близлежащей столовки быстрого питания. То ли по злому умыслу, который в не столь отдаленные годы был бы назван вредительством (и никто бы не возразил), то ли еще по какой причине, в контейнер с этим самым растительным на сто раз перегорелым маслом была сброшена трансформаторная охлаждающая жидкость, большей частью состоящая из полихлорированного бифенила (ПХБ), загрязненного диоксинами. Зараженной оказалась партия жира весом в 80 тонн, произведенная фирмой Verkest. Этот жир продали 12 производителям корма. Из этой партии, по скромным подсчетам, получилось бы 1600 тонн корма, которым можно было бы накормить 16 миллионов кур в день. Учтите -- в ДЕНЬ! Как выяснилось, кормили не только кур, но и свиней, коров, которые были безжалостно уничтожены, как бракованный товар. Причем не в одной Бельгии, но и в Голландии, Франции, Германии.

Отходы на тарелке
Диоксин -- сильный яд, который способен накапливаться в организме, вызывая рак, врожденные дефекты, поражения печени и вилочковой железы, половых органов, плюс ко всему он подавляет иммунную систему. Конечно, этот яд можно обнаружить, но один анализ стоит 650 британских фунтов и длится до месяца, а к этому времени куры, которых кормят отравленной едой, часто бывают уже съедены. Да и при таких ценах корм становится нерентабельным.
Ведь главное в любом производстве -- дешевле купить и дороже продать, поэтому все, кто работают на обслуживании фермеров, поставили себе задачу добиться замкнутого цикла переработки. Звучит, мягко говоря, кощунственно. Одно дело, когда замкнутый цикл на атомной электростанции, и совсем другое -- на вашей тарелке. Сегодня уже нет отходов, есть только "ценные вещества". "Растительный белок" по большей части состоит из одного мусора: бесполезных отходов переработки пшеницы и соевых, рисовой шелухи, арахисовых оболочек. Но самым мерзким по составу является "животный жир и белок". Народная мудрость гласит: ты -- то, что ты ешь. Если это правда, то лучше не смотреть в тарелку. Ибо белковые добавки, которыми кормят животных, состоят из такой мерзости, что отечественные крысы в колбасе -- это рождественские сказки. Один американский ветеринарный врач, как-то побывавший на заводе, где делают эту самую белковую добавку (а также корм для собак и кошек), привел рецептуру подобного продукта. "Мясо умерших от болезней животных, зараженный материал из боен, фекальные массы, мясо сданных на усыпление кошек и собак, сбитых на дорогах зверьков и перья птицы, тронутые гниением туши скота, погнившие шкуры, испорченный жир, прочая падаль". Кроме того, мертвых животных бросают в чан для переработки с противоблошиными ошейниками, протухшее мясо из супермаркетов, цыплят и рыбу -- в поддонах из пластмассы и завернутыми в полиэтилен, ведь ни у кого нет времени развертывать сотни тысяч упаковок. Никто не открывает и зеленых пластиковых мешков, в которых доставляют от ветеринаров издохших домашних животных...
Мертвые цыплята с бельгийских птицефабрик переработаны в животную муку, которая в качестве добавки пойдет на корм их собратьям, а помет петушков и курочек давно используется в качестве удобрения на земляничных полях.

Привет от бешеной коровки
В позапрошлом году Стэнли Прузинер получил Нобелевскую премию за исследование некоего вещества под названием прион, который рядовому едоку вряд ли известен. Зато "коровье бешенство" нам знакомо очень даже хорошо, может быть, даже лучше, чем мы того хотели бы. Стэнли Прузинер доказал, что смертельный губчатый энцефалит (так называется эта коровья болезнь) имеет инфекционный характер. Однако если отойти от научных терминов и посмотреть правде в глаза, то у этой болезни обнаружится еще одна сторона -- моральная.
Поедание себе подобных у высокоразвитых млекопитающих вызывает смертельные заболевания. У дикарей, занимающихся людоедством, быстро появляются признаки безумия, одна за другой отказывают жизненно важные системы организма; болезнь, которая называется куру, кончается мучительной смертью. В Африке до введения запрета на ритуальный каннибализм от этой болезни отправлялись к праотцам целые селения и даже народности. Как только мясо себе подобных исчезло из рациона африканцев, болезнь тоже канула в Лету. Вы спросите, какая связь между людскими и коровьими проблемами? Самая прямая. Дело в том, что вышеупомянутый прион заложен в нас природой, чтобы выполнять неписаную заповедь -- не поедай себе подобных. Определенное количество этих полезных молекул всегда присутствует в организме, но когда на стол к человеку или коровке попадает сородич, прионы из его тела переходят в организм едока. Вот здесь и начинается их разрушительная работа -- не находя свободного пространства, чуждые организму молекулы меняются, приобретают патогенные свойства и вызывают инфекцию, пожирая притом мозг. Но мало этого -- залетные прионы заражают здоровые молекулы организма, которые тоже начинают переносить заразу. А теперь главное -- прионы коровы и человека очень похожи.
Эпидемия губчатой энцефалопатии (или губчатого энцефалита) крупного рогатого скота разразилась в Англии в конце 80-х годов и достигла максимума в 1992-93 годах, когда зараженными оказались тридцать четыре тысячи коров. Остановить эпидемию удалось только полным уничтожением всего поголовья коров. А потом начался и человеческий кошмар. Люди, вкушавшие коровьи бифштексы, начали умирать от той же самой болезни. Медики не дают утешительных прогнозов -- болезнь в скрытой форме протекает 10 и более лет, она неизлечима и ведет к смертельному исходу (не далее как три месяца назад в Англии от "коровьего бешенства" умерла девочка-подросток). Зараженное английское мясо, по самым скромным подсчетам, периодически ели ни много ни мало миллиард человек. Предположительно к 2003 году от "коровьего бешенства" будет заболевать по несколько миллионов человек ежегодно. Похлеще СПИДа получается! Кстати, мы не окажемся в стороне от этой проблемы: английских бешеных коровок в русской столице съели даже больше, чем в Лондоне (по данным самих англичан), так что...
Вам интересно, с чего бы это травоядные коровы стали поедать себе подобных? Все очень просто -- в их откормочный рацион входит белковая добавка, изготовленная из их же сородичей (прион сохраняется при любой переработке). Можно сказать, что некий высший суд покарал человечество за то, что мирных животных, которые только пользу приносили людям да кормили их веками, насильственно сделали каннибалами.

Гормональные войны
Однако белки, жиры и углеводы -- это далеко не все, на чем держится современное скотоводство. Представьте себе пушистый цыплячий комочек весом в сорок граммов, из которого через 35 дней получается полуторакилограммовый бройлер для гриля. Прибавка в весе -- 3600 процентов. В принципе, бройлер и должен быть большим и мясистым, но в обычных условиях цыпленок вырастает до таких размеров за три месяца, а не за один. Но вот если добавить ему в корм гормонов...
Знаменитые "ножки Буша" всегда вызывали у отечественного едока смешанное чувство зависти и тревоги. Зависти оттого, что наши синие полуголодные цыпочки никак не дорастут до таких габаритов. Тревога тоже была оправданна -- что ж это за "лошади" такие на американских птицефермах, чем их там кормят? Ответ прост -- в том числе и гормонами. В Европе такая помощь при росте запрещена, но Америка, и Южная, и Северная, подобными средствами не гнушается. Два года назад окраины бразильской столицы, где была расположена птицефабрика, стали терроризировать крысы размером с таксу. Жить в близлежащих районах стало опасно. Когда же крыс начали отстреливать, выяснилось, что питались они остатками корма для цыплят-бройлеров.
В США фермеры могут вводить своей живности шесть различных гормонов -- тестостерон, прогестерон, эстрадиол, тренболон, церанол и меленгестрол-ацетат. Рецепта от ветеринара не требуется, просто приходишь в специализированную аптеку, берешь тележку и набираешь, набираешь. Американские врачи уверены, что гормоны не представляют угрозы для человека, в том случае, если применяются они в допустимых объемах и ставятся по правилам -- то есть в ухо, которое после забоя убирается. Но многочисленные проверки показывают, что фермеры пичкают гормонами скотину сверх всякой меры, да и поставить укол норовят то в ляжку, то в загривок. 14 подопытным бычкам европейские эксперты вводили в различные части тела допинг из гормональных капсул, привезенных из Америки. Даже через 50 дней перерыва в тканях еще содержалось свыше 30 процентов первоначальной концентрации тренболона и эстрадиола. Если такой насыщенный гормонами кусок мяса будет использован для детского питания, он способен загрязнить 4000 баночек гормональной передозировкой. То есть младенец получит в 30 раз больше гормонов, чем это допустимо. Да и взрослый, съев кусочек такого мясца, может в 1000 раз превысить дневную допустимую норму потребления гормонов. Стоит ли удивляться тому, что в Америке уже половина населения страдает от лишнего веса, а вторая плачется в жилетку психоаналитикам, жалуясь на сексуальные проблемы.
Прежде недооцениваемые опасности для детей, не достигших половой зрелости. Особенно печально обстоят дела с детьми, которые особенно чувствительны к гормонам. Для 8-летнего ребенка достаточно двух гамбургеров, чтобы уровень его гормонов возрос на 10 процентов. А ведь гормоны поступают не только с мясом, но и с молоком -- коровам гормоны добавляют в корм, для повышения удойности. Еще одна опасность кроется в том, что далеко не все применяемые в сельском хозяйстве гормоны разрешены. Годами усиленный рост у крупного рогатого скота, овец и птицы американские фермеры вызывали диэтилстилбестролом (DES) -- синтетическим эстрогеном. Это же лекарство широко применялось до 1960 года при лечении женщин с угрозой выкидыша. Правда, потом ученые выяснили, что девочки, рожденные от таких беременностей, имеют повышенный риск заболеть редкой формой рака. Лекарство запретили, но нелегально его продолжают применять. Диэтилстилбестрол каким-то образом попал в детское питание в 1980 году в Италии. У девочек, которым не исполнилось еще и года, от этой еды росла грудь и начинались месячные.
Однако не только эндокринными нарушениями страшны гормоны. Эпидемиологические исследования подтверждают, что есть связь между повышенным содержанием некоторых гормонов в молоке и раком груди, простаты и прямой кишки. Но прибыль от 30-процентного повышения удоев оказывается весомее, чем чье-то там здоровье...

Ну подумаешь, укол!
Уже всего вышеперечисленного с лихвой хватит для того, чтобы напрочь отбить аппетит даже у самых крепких гурманов. Но гормоны -- не последняя приправа к животной пище. Как насчет лекарств?
Вы думаете, что их дают только больным животным? Как бы не так! Более 40 лет подряд животноводы добавляют в корм птицы, крупного рогатого скота и свиней небольшие дозы пенициллина, тетрациклина и других антибиотиков. Делается это в профилактических целях, но даже небольшие дозы антибиотиков, сливаясь воедино, дают интересные цифры -- на сельскохозяйственные нужды в США уходит до трети всех антибиотиков, производимых в стране. Конечно, многие бактерии погибают, но те, что остаются, больше не боятся антибиотиков. Люди, съедая сочный бифштекс или выпивая молоко, могут заразиться этими бактериями. И чем их потом лечить?
Одна из самых распространенных бактерий -- это Salmonella typhymurium. В 1979 году в США количество инфекций, вызванных сальмонеллой, устойчивой к антибиотикам, составляло 1%, а в 1996 году их стало уже 34%. С появлением такого вида сальмонеллы применение антибиотиков, обычных для лечения сальмонеллеза, стало бесполезным. Не успевают ученые создать новые антибиотики, как их уже применяют на фермах, после чего бактерии становятся устойчивыми и к ним.
Однако не все так безнадежно. Если сократить "профилактический" подкорм животных лекарствами, людям тоже полегчает. В 1995 году в Дании запретили добавление авопарцина в корм цыплятам. За три года распространение в курином мясе устойчивых к авопарцину энтерококков сократилось с 82% до 12%. Правда, сократилась и прибыль ~ круг замкнулся... Кто же будет финансировать исследования для производства новых лекарств? Вот уж воистину -- не ведают люди, что творят. Ведь еще народная мудрость мягко намекает нам, что купить за деньги можно все, кроме здоровья.


Автор: Татьяна ВИНОГРАДОВА
http://subscribe.ru/archive/science.news.nauka/200012/06073156.html  
 

Комментарии

страшно-то как! А вы когда-нибудь были на крупном мясокомбинате?
автор: гость, [21 июля 2009]

Добавить комментарий



03.08.2009 Новая статья
На сайте появилась новая статья ""Железная маска" Ивана Грозного"