Поиск: 

Украшение молекул


Блоха? Ха-ха!
То, что для нас чудо, для Анатолия Ивановича Коненко -- работа. Микроминиатюрой он начал заниматься 23 года назад первым в Сибири и достиг, без ложной скромности, мировых высот. Для знающих толк в этом искусстве он -- знаковая фигура. Мастер издал самую маленькую в мире книгу -- рассказ Чехова "Хамелеон" -- размером 0,9 на 0,9 миллиметра. Вот уже восьмой год ни один из мировых мастеров не может его превзойти в этом. Сотни работ омского художника разошлись по частным коллекциям и государственным музеям России, Германии, Японии, Чехии, Канады, США, Франции, Дании. Несколько микроскопических книжек и, наконец, знаменитая блоха с подковами и ножницами (подковы толщиной 0, 005 мм) были подарены президенту Путину...

-- Подковать блоху у нас -- как первый класс пройти, -- говорит Коненко, -- если не умеешь, значит, ты дилетант. У всех российских мастеров есть подкованные блохи... И когда люди приходят на выставку любого нашего микроминиатюриста, первым делом интересуются -- а блох он умеет подковывать? Если нет, то никому ты не интересен. Блоха -- обязательная программа.

Сережки для комара
-- Объясните неграмотному человеку: зачем делать микроскопическим то, что можно сделать нормальным? Чтобы удивить?
-- Да, удивлять -- одно из направлений. У меня есть картины размером пять-шесть миллиметров, но вставленные в большие рамки. Для чего это? Чтобы показать, что наш мир неоднородный. Есть макрокосмос, есть наш мир, и есть микрокосмос. Люди, которые смотрят в телескоп, уже ощущают себя по-другому, частью Вселенной. Но если заглянуть в микрокосмос, то увидишь там то же самое, только на микроуровне.
-- Откуда же у вас возникло желание проникнуть в микромир?
-- Мне нравится изобретать. У меня не только художественное образование. Я закончил институт изобретательства и патентоведения. И в искусстве склонен искать что-то новое... Важно, чтобы то, что я делаю, понравилось и профессионалу, и человеку, который просто придет удивляться.
-- Есть среди микроминиатюристов соперничество -- кто мельче сделает?
-- Нет, и это очень хорошо. Любую миниатюрную вещь можно сделать еще мельче. Вот сделал я скрипочку 19 миллиметров, но это не значит, что мельче я уже не могу. Могу, но цели такой нет.
-- А какая есть?
-- Цели всегда разные. Есть у меня такой сюжет: картина висит на стене, а рядом стоит жучок и делает с нее копию -- только раз в десять меньше. То есть картина и так миниатюрная, а внутри нее другая миниатюра, в десятки раз меньше. Это уже композиция, которая имеет законченный смысл. Вот сейчас я делаю ювелирные изделия для насекомых...
-- Для настоящих? Берете, скажем, таракана и...
-- Лучше комарика -- таракан слишком большой, просто огромный -- и делаю ему сережки...
-- Разве у комара есть уши?
-- Вот видите -- вы даже не знаете, как выглядит комар. И многие не знают, никто его не рассматривал. А тут сразу начинаешь осознавать его настоящие размеры. И удивительное в том, что для него можно еще что-то красивое сделать. Есть у меня серьги в маковом зернышке, есть колье -- серебро, золото, платина -- внутри кедрового орешка.

Как? А главное -- чем?
-- Бог с ними, с комарами. Главный вопрос -- как все это сделано? Можно удивляться, восхищаться до бесконечности, но все же не могу даже представить, как золотой крест можно разместить внутри человеческого волоса...
-- Если бы вы попробовали это сделать, то, может быть, начали бы понимать... И прежде всего поняли бы, что главный вопрос -- чем делать? Будешь день, месяц ковыряться, пока не найдешь чем. Потом примешься решать, каких размеров будет этот крестик. Если делать все меньше и меньше, то можно, наконец, дойти до такого предела, что ты попросту не сможешь поднять его с поверхности -- прижмет статическим электричеством. И вот такие вопросы возникают постоянно, на каждой стадии работы... Поэтому, уменьшая масштаб, нужно знать, что дойдешь до того предела, когда начинают действовать совсем другие законы физики. Вдобавок цвет меняется -- многие вещи становятся прозрачными. Микромир -- это совсем другой мир, и все в нем по-другому... Ученые уже установили, что на микромир, на движение электронов влияет сознание человека. Попросту говоря, как ты подумал, такой и результат будет. И каждый раз нужно самому изготавливать инструмент, ломать голову над тем, как это сделать.
-- Вы обмениваетесь опытом со своими коллегами? Вообще, сколько вас?
-- В стране -- максимум пять человек. И все мы работаем в совершенно разных направлениях.
-- Но мэтры-то, наверное, все равно есть? Вот вы, например, под кем себя числите?
-- Так получилось, что сегодня в России все мастера моложе меня и занялись этим делом позже. Но если брать мастеров из других стран, то это уже другой вопрос.
-- Вот именно, мы люди широкие, давайте в мировом масштабе рассуждать. Есть работы, которые вызывают у вас зависть? Белую, разумеется.
-- Ну, так нельзя говорить. То, что делаем мы, на Западе не делают. Там все сразу ставят на коммерческую основу, то есть работают не на микроуровне, а просто на миниатюрном. Масштаб 1:12. Особенно мебель. Зайдите в Интернет -- сразу увидите сколько разных столиков, стульчиков и прочего. Кто-то кухню себе хочет сделать крохотную, кто-то спаленку. И таких коллекционеров на западе тысячи. А у нас каждая работа сама по себе произведение искусства. Я могу сделать все, что они делают. Но зачем повторяться? У меня очень много своих идей. Знаю, некоторые пытались повторить мои вещи, но так и не смогли.

Книжка-малышка
-- Я слышал, что книга "Хамелеон" Чехова в вашем исполнении с 96 года не дает покоя вашим коллегам.
-- Никто не может поверить, что эта книжечка меньше одного миллиметра. Даже корреспонденты поговорят со мной, а потом звонят и уточняют: так все-таки 0,9 сантиметра или миллиметра? Вообще, раз уж я занялся миниатюрной книгой, то изучил все, связанное с их производством, и поставил перед собой задачу сделать самую маленькую книгу в мире. И работал я над ней полтора года.

Здесь ставилось одно непременное условие: книга должна быть тиражная, печатная. Все, что связано с производством этой книги есть исключительное "ноу-хау" нашей страны. Японцы уже который год бьются над тем, чтобы сделать еще меньше. В двух словах, сначала нужно найти непрозрачный носитель, на который будет нанесен текст. Заметьте, не бумагу -- ее же из опилок делают, и этот материал для таких масштабов заведомо не годится. Будет ли это пластик или что-то другое -- отдельный разговор... Далее задача -- напечатать текст с двух сторон листа и так, чтобы он идеально совпал. Многие книги я печатаю дома. Вот смотрите: страницы у моей книги сшиты. А все, кто делал книги до меня, даже не ставили перед собой задачу сшивать страницы. Просто положат стопочку листочков, мазнут клеем -- и все, книга готова. Но попробуй ее раскрыть -- рассыплется. А мою книгу можно листать, читать: я могу показать нити под микроскопом. Вдобавок у меня есть цветные иллюстрации, чего в книгах такого порядка нет и не было. То есть моя книга превзошла всех своих предшественников по всем параметрам.
-- Она тоже тиражная?
-- Конечно. 50 экземпляров на русском и на английском. Все делается с расчетом, чтобы книга была в музеях и библиотеках мира. Когда я привез эту книгу в Америку на конгресс любителей миниатюрной книги, там ее досконально просмотрели -- каждую страничку -- и только после этого было объявлено официально, что самая маленькая в мире книга теперь находится в Омске. А в Книгу Гиннесса она попала уже потом.

Пушкин для Путина
-- Применяется ли опыт мастеров микроминиатюры в сугубо практических областях -- в народном хозяйстве, попросту говоря?
-- Естественно. У меня есть один последователь, который делает микросхемы и там применяет свой опыт. То, что делает он, не делает никто. У него есть такие изобретения, которые не сможет воплотить ни один робот. Я знаю приборы, которые он делает, -- совершенно уникальные, и они уже применяются в науке. Или взять медицину -- там сам Бог велел применять наш опыт. Вы представляете, если бы я был нейрохирургом, на каком уровне я мог бы сшивать все эти нервные окончания, ткани и прочее? Но я не могу всем одновременно заниматься... Хотя когда-то работал с Федоровым, здесь в Омской микрохирургии глаза.
-- Лучший инструмент -- человеческая рука? Никакому роботу не сравниться?
-- По крайней мере, у человеческой руки есть биополе -- у роботов его уж точно никогда не будет. Вот я сижу месяц-два над микроскопом, делаю вещь размером в один миллиметр -- вы представляете, сколько я в нее загоняю энергии? Вещь всегда впитывает энергию человека. Потому и ручная работа всегда выше ценится.
-- Часто делаете на заказ?
-- Часто. Люди хотят кому-то на день рождения подарок сделать или что-то еще. Или надо что-то министру подарить, но не знают что. Бывает, что нужно сделать подарок датской принцессе или королеве Англии...
-- Ваши работы, говорят, даже к президенту попадали.
-- Я знаю, что у него есть мои книжки: Пушкин, "Слово о полку Игореве". Я ведь много книг издал, более ста...
-- В ближайшее время не собираетесь сворачивать с этого пути?
-- От главного направления отклоняться не собираюсь. Сегодня вот сделал бусы на человеческом волосе...

Справка. Анатолий Иванович Коненко родился в 1954 году в г. Орске Оренбургской области. В Омске окончил строительный техникум (отделение архитектуры), художественно-графический факультет педагогического института им. Горького и институт технического творчества. Член Союза художников и Союза дизайнеров России. Автор книги "Тайны невозможных фигур".


Автор: Александр ГРИГОРЕНКО
http://subscribe.ru/archive/science.news.nauka/200402/05132712.html  
 

Добавить комментарий



03.08.2009 Новая статья
На сайте появилась новая статья ""Железная маска" Ивана Грозного"